БИБЛИОТЕКА
БИОГРАФИЯ
ПРОИЗВЕДЕНИЯ
ССЫЛКИ
О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

61. Луи Крозе

Париж*, 30 сентября 1816 года.

* (Париж.- Стендаль, по-видимому, в то время был еще в Милане.)

Причины, по которым я не буду писать третий, четвертый, пятый и шестой тома <"Истории живописи в Италии">.

С тех пор, как в возрасте двенадцати лет я прочел Детуша*, я решил писать комедии. Изображение характеров, прочувствованное обожание комического стали моим постоянным занятием.

* (Детуш (1680-1754) - французский комедиограф, пользовавшийся большим успехом в XVIII веке.)

Случайно в 1811 году я влюбился в г-жу Пьетрагруа и в Италию. Я говорил о любви к этой прекрасной стране в большом этюде, в двенадцати томах, которые я потерял в Молодечно. Вернувшись в Париж, я дал переписать этот этюд по первоначальной рукописи, но уже нельзя было восстановить поправки, сделанные в двенадцати красивых зеленых томах ин-фолио небольшого формата, съеденных казаками.

В 1814 году, волнуемый бурями сильной страсти, я чуть было не собрался приехать туда и жить со всей честной компанией, было это от 22 декабря 1814 года до 6 января 1815 года; но так как, по несчастью, я обозлился на иезуитизм ублюдка, я был не в состоянии создать что-либо разумное, а тем более легкое и изящное. Итак, я работал от четырех до шести часов вдень и за два года болезни и душевных бурь написал два тома. Я, правда, выработал себе стиль, и большая часть времени, которое я проводил, слушая музыку в Ла-Скале, была потрачена на то, чтобы примирить Фенелона и Монтескье, деливших между собой мое сердце.

У этих томов живучести хватит, быть может, еще лет на полтораста. Если мое завещание* будет выполнено и если изучение человеческой души будут рассматривать как точную науку, познание человека усовершенствуется настолько, что все увидят так же ясно, как сквозь кристалл, каким образом скульптура, музыка и живопись трогают сердце. Тогда то, что лорд Байрон делает в поэзии, будет совершаться во всех искусствах. На что нам домыслы аббата Дюбо**, когда у нас есть лорды Байроны, люди достаточно страстные, чтобы быть истинными художниками, и к тому же глубоко знающие человеческую душу.

* (Завещанием от 1 сентября 1810 года Стендаль назначал свое состояние в качестве ежегодной премии за лучший трактат, посвященный изучению человеческих страстей.)

** (Дюбо, Жан-Батист (1670-1742) - французский историк и критик, автор "Критических размышлений о поэзии и живописи" (17-19).)

Кроме этого непререкаемого довода, провести всю жизнь, рассказывая о том, как другие были великими, - мелко. Optumus quisque benefacere* etc**.

* (Optumus quisque benefacere...- искаженная цитата из "Заговора Катилины" (VIII, 5) римского историка Саллюстия (I в. до н. э.): Optumus quisque facere quam dicere, sua ab a His bene fasta laudari, quam ipse aliorum narrare malebat - Всякий доблестный человек предпочитал действовать, а не говорить; < предпочитал>, чтобы другие восхваляли его подвиги, чем сам рассказывать о подвигах других.)

** (Искаженная цитата, см. примечания.)

Только в кипении страстей огонь души достаточно силен, чтобы сплавить воедино те вещества, из которых возникают гении. Я чрезвычайно сожалею, что провел два года, изучая то, каким образом Рафаэль трогал сердца. Я стараюсь забыть эти мысли, так же как и те, что есть у меня о художниках, еще не описанных мною. Корреджо, Рафаэль, Доменикино, Гвидо - все уже готовы у меня в голове.

И все-таки я думаю, что будет благоразумно в 34 года без трех месяцев вернуться к "Летелье" и попытаться написать в возрасте от 34 до 54 лет штук двадцать комедий. Тогда я смогу закончить "Живопись" или сделаю это еще раньше, чтобы отдохнуть от искусства изготовлять комедии. Когда я буду еще старше, я опишу свои походы в виде моральных и военных мемуаров. Тут я смогу изобразить штук пятьдесят интересных характеров.

После смерти иезуита, если смогу, я съезжу в Англию на 4 000 франков и в Грецию на такую же сумму, после чего попробую Париж, но думаю, что приеду умирать в "страну прекрасного". Если в 45 лет я встречу 30-летнюю вдову, которая вместо наличных денег согласится принять немножко славы, у которой, кроме того, будет в два раза больше дохода, чем у меня, мы проведем вместе вечер жизни. Если славы у меня не будет, я останусь холостяком.

Вот все мои планы на будущее.

Самое трудное, это не возмущаться ублюдком и жить на 1 600 франков. Если я смогу получить 30 000 франков, а именно: найти покупателя на дом в 80 000 франков, за который я должен 45 000 фр., я буду счастлив, имея 4 600 фр. годового дохода; комедия от этого только выиграет.

Подвергни это основательной критике. Может быть, ты не видишь во мне никакого комического таланта. Конечно, один я всегда серьезен и нежен, но от малейшей удачной шутки, например, оглавления книжки, я умираю со смеху в течение двух часов. Кроме того, я нахожу тысячу мест, которые я мог бы исправить даже в великом Мольере, а слушая комедию любого другого, я ее переделываю, не оставляя ни одного слова автора. Имея в распоряжении переписчика, я в любое время берусь написать комедию в пяти актах за 8 часов,- все в один день. Беседа с тобой была бы мне очень полезна для того, чтобы усовершенствовать мои суждения об искусстве придумывать комические сцены и создавать характеры. Быть может, для этого жанра необходимо пребывание в Париже, потому что вы не стали бы смеяться над здешними людьми, не похожими на вас и стоящими чересчур низко в глазах какого-нибудь Бассе, Лабержери, и пр., и пр.

Мне потребовалось бы два года, чтобы дописать к "Истории" четыре недостающих тома. Тем более, что нужно придумать идеал прекрасного в области колорита и светотени, что почти так же трудно выдумать, как идеал статуи. Это все гораздо больше связано с бедрами наших любовниц, а скучные парижские буржуа слишком большие ханжи, чтобы я стал показывать им это прекрасное зрелище.

Алекс, де Фирмен.

Кроме того, написав еще четыре новых тома, я не увеличу своей репутации вдвое (если вообще можно будет говорить о репутации) по сравнению с той, которую мне дадут первые два тома. Самое забавное было бы, если бы через двадцать лет какие-нибудь Эме Мартены* продолжили эту историю. Я сам способен сочинить полтома этого продолжения в их вкусе. Какой отвратительный пафос, какие фразы, когда речь идет о знании человеческой души!

* (Мартен, Луи-Эме (1782-1847) - французский второстепенный писатель.)

Переписка стоит мне слишком дорого, 15 сантимов страница, из-за этих переписчиков мне приходится продавать душу дьяволу!

предыдущая главасодержаниеследующая глава





© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2017
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://henri-beyle.ru/ 'Henri-Beyle.ru: Стендаль (Мари-Анри Бейль)'

Рейтинг@Mail.ru